Китай в 19 веке

Китай в 19 веке подвергся «Опиумной войне» 1839—1842 гг., обнажившей всю гнилость и пороки отжившего феодального строя, положившей начало закабалению Китая империалистами Запада, превращению его в зависимую, полуколониальную страну.

Китай
Китай в 19 веке

Китайская промышленность, основанная на ручном труде, не выдержала конкуренции с машиной. Непоколебимая Срединная империя пережила социальный кризис. Налоги перестали поступать, государство находилось на краю банкротства, начались восстания, массовые убийства мандаринов императора и бонз Фу Си. Страна очутилась на краю гибели и находится под угрозой насильственной революции.

Китай в середине 19 века

Двойной гнет — китайских феодалов и чужеземных захватчиков, продолжавшийся почти столетие, тормозил развитие китайской культуры. В середине 19 века положение в Китае значительно ухудшилось еще и в связи с идеологической экспансией, сопровождавшей наступление западных поработителей на политическом и экономическом фронтах.

В условиях колониального грабежа национальная медицина оказалась в самых невыгодных за все время своего существования условиях. И Китай стал, пожалуй, единственной страной, где тогда появились и сейчас существуют две медицины одновременно.

Дорогу в страну медицине Запада, или, как ее называют в Китае,—европейской медицине, открыла англо китайская война 1839—1842 гг.

Поставки опиума в Китай

Еще в конце 18 столетия иностранные купцы нашли товар, с помощью которого они начали пробивать брешь в политике «закрытых дверей» империи Цинов. В единственно доступный для них порт Китая — Макао начали поступать крупные партии опиума. Позорная роль просвещенных отравителей сотен тысяч людей мало тревожила английских и американских купцов. В начале 19 столетия в страну ежегодно доставлялось по 4 тысячи ящиков наркотика, то есть около 160 тонн. А к 1839 г. это количество возросло в 10 раз.

Порт Макао
Порт Макао — использовался для поставки опиума в Китай

Но не здоровье и благосостояние китайского народа беспокоило реакционное маньчжурское правительство, а запасы серебряной казны, откуда валюта уплывала в карманы иностранных дельцов.

С помощью США, которые тоже были не прочь поживиться за счет Китая, капиталистическая Англия сломила сопротивление императорских войск, зверски расправилась с дружинами «пининтуаней» (усмирителей англичан) и навязала Цинам неравноправный Нанкинский договор. С 1842 г. открытыми стали 5 портов: Кантон, Амой, Фучжоу, Нинбо и Шанхай, а еще через несколько лет такие же привилегии, как Англия, получили США и Франция.

Зависимость Китая от иностранных империалистов

С этого времени начинается превращение Китая в зависимую от иностранных империалистов страну. Чтобы хоть в какой-то мере ослабить непрерывно нарастающее народное движение против чужеземных поработителей и упрочить свое господство, западные страны применили испытанную политику «кнута и пряника». Осуществляя жесточайшую эксплуатацию, они в то же время старались создать видимость заботы о народе.

Европейская медицина приходит в Китай в 19 веке

С этой целью в середине 19 столетия в Китае, особенно в портовых «открытых» городах, были открыты первые лечебные учреждения европейского типа — амбулатории и больницы (в 1844—1848 гг. были созданы первые такие больницы в городах Шанхае, Сямынь, Линьбо, Фуци. А к 1876 г. в стране насчитывалось 16 больниц и 24 медпункта, созданных европейцами).

Так, в обозе у пушек и опиума приходит в страну «вторая медицина». Уже сам способ ее появления, а еще больше поставленные перед нею цели предопределили отношения, сложившиеся между национальной и привнесенной извне медициной.

А если учесть, что европейская медицина того времени по результатам лечения мало чем отличалась от китайской, станет ясным, которой из них отдавали предпочтение широкие народные массы страны. Да и количественное соотношение было слишком неравным. На десятки европейских врачей (в 1859 г. в Китае насчитывалось всего 28 врачей иностранцев) приходились сотни тысяч местных целителей, вышедших из народа, хорошо знающих его характер, традиции, быт.

Шанхай
Город Шанхай — первооткрыватель лечебных учреждений европейского типа в 19 веке

Но за плечами у маленького авангарда, среди которого были не только миссионеры и дипломированные коммивояжеры различных фирм патентованных средств, а и настоящие энтузиасты медицины, стоял тогда еще прогрессивный капиталистический способ производства.

Стремительное развитие в Западной Европе естественных наук дало могучий толчок медицине, и ее достижения, хотя и со значительным опозданием, с каждым годом все шире и шире начинали применяться в Китае. А это означало, что и кругозор работавших здесь врачей также постепенно расширялся. Так, значительную роль сыграло открытие в 1846 г. метода эфирного наркоза, благодаря которому началось бурное развитие клинической хирургии.

И китайцы стали чаще обращаться к европейским хирургам (нужно отметить, что первенство в открытии наркоза принадлежит Китаю. Еще Бянь Цюэ и Хуа То делали, по дошедшим до нас довольно достоверным данным, полостные операции. Но сохранявшиеся в строгом секрете сведения о применявшихся ими методах и средствах обезболивания были утрачены в эпоху средневековья).

Всегда чрезвычайно внимательные и восприимчивые ко всему полезному, охотно использующие опыт других, медики Китая никогда не оставались безучастными к успехам своих коллег из других стран. В 50—80 годы прошлого столетия они начинают довольно интенсивно изучать опыт европейских врачей (врач Хо Си в 1850—1859 гг. перевел на китайский язык европейские учебники по внутренним болезням, педиатрии, акушерству и гинекологии).

Создаются первые учебные заведения европейского типа. Но в эти институты, организованные в Китае по английскому и французскому образцу (первый такой институт был создан в Шаньяне около 70 лет тому назад), принимались почти исключительно выходцы из компрадорской буржуазии, которая отнюдь не содействовала развитию национальной медицины.

Раболепствуя перед иностранцами, местная буржуазия превзошла в гонениях на все китайское даже своих покровителей. На деле это означало удушение народно-освободительного движения и национальной культуры, что было, конечно, весьма выгодно ее империалистическим хозяевам.

Закон о запрещении китайской народной медицины

Особенно усердно проводила антинародную политику клика Чан Кай-ши, который 12 апреля 1927 г. совершил контрреволюционный переворот и, поступив на службу к англо-американским империалистам, пошел на сделку с помещиками, феодалами и компрадорской буржуазией. Одним из многочисленных актов предательства национальных интересов, совершенных его кликой, был официально принятый в 1929 г. реакционным правительством Гоминдана закон о запрещении китайской народной медицины.

Чан Кай-Ши
Чан Кай-Ши — проводил политику о запрещении китайской народной медицины

Это чудовищное решение, явно шедшее вразрез с коренными интересами китайского народа и здравым смыслом и практически не осуществленное вследствие активного протеста широчайших слоев населения страны, тем не менее, не прошло бесследно для развития медицинского дела в Китае.

Представители буржуазной верхушки так старательно лезли из кожи вон, что последствия политики охаивания наследия национальной медицины не могли не отразиться в ходе последующей ожесточенной борьбы китайского народа на всех участках культурного фронта.

Отрицание китайской народной медицины

Ведь даже после победоносного завершения народной революции в Китае в органах здравоохранения КНР находились люди, пытавшиеся протащить идеи полного отрицания народной китайской медицины. Одним из носителей этих «идей» был бывший заместитель министра здравоохранения Хэ Чень.

Повторяя никчемные положения обанкротившихся «теорий», он утверждал, что китайская медицина «не научна», так как «не имеет под собой современной научной базы». Лишенное каких бы то ни было веских оснований, это утверждение оказалось чрезвычайно вредным, так как по существу своему было глубоко антинародным.

Компартия Китая дала надлежащий отпор Хэ Ченю и его единомышленнику Ван Биню, бывшему заместителю министра здравоохранения, так же как и всем их сторонникам и последователям.

Об этой острой борьбе с антипатриотическими настроениями и суждениями некоторой небольшой части работников китайского здравоохранения следует рассказать несколько подробнее.

Существование в Китае двух медицин

Положения, которые выдвигал Хэ Чень для обоснования своей открыто враждебной по отношению к китайской народной медицине позиции, были столь же не новы, сколь и опасны. Спекулятивные, софистические утверждения, построенные на несоответствии некоторых положений народной медицины Китая принятым так называемой европейской наукой, многократно использовались чуть ли не с первых дней существования в Китае двух медицин.

Этот имел иногда известный успех. Китайская медицина не обладала широкой научной базой в виде данных, основанных на достижениях естественных наук. Это тормозило дальнейшее развитие и обобщение его богатейшего практического опыта и надлежащее обоснование ее основных теоретических положений. Точно так же нельзя было ожидать от народной медицины и значительного развития в длительный период общего застоя экономики и культуры Китая, обусловленный тяжелыми историческими обстоятельствами нескольких последних столетий.

Поэтому, если говорить о степени научной обоснованности народной медицины, то прежде всего в отсутствии таковой следует упрекнуть тех лиц, которые рассматривают китайскую национальную медицину вне исторических условий ее возникновения и развития.

Не новым с принципиальной точки зрения оказался и следующий тезис Хэ Чэня о том, что китайская медицина «безнадежно устарела», что она уже больше «не отвечает требованиям сегодняшнего дня» и т. п. Вывод этот вытекал из таких основных предпосылок:

Китайская медицина – продукт феодального периода… и определенные люди, определенная техника соответствуют лишь определенному времени; с развитием общества, естественно, возникает новое, которое заменяет старое.

Внешне все эти утверждения кажутся правильными, правомерными. Но на деле все это далеко не так, как представляется на первый взгляд. Если согласиться с первым положением, то почему, например, парус или ветряная мельница, или водопровод, известные за тысячи лет до нас, еще в рабовладельческом строе, могут и ныне двигать корабли, обмолачивать зерно, подавать воду, а китайская народная медицина вдруг утратила свою практическую ценность только потому, что ликвидирован феодализм. Ведь целый ряд болезней, которые она лечила тогда, существуют и поныне.

В том то и дело, что медицина, эта одна из важнейших областей естественных знаний, не является продуктом какой-либо одной эпохи или одного класса. Медицина, как одна из древнейших областей знания, представляет собой продукт тысячелетней борьбы человека за сохранение своего здоровья и продление жизни.

Китайская народная медицина исцеляла людей от различных болезней в течение многих тысяч лет. Занимается она этим и в наши дни. Но, конечно, сейчас в значительной мере изменились условия развития китайской народной медицины, открывающие безграничные возможности дальнейшего ее совершенствования.

Европейская медицина строится на основе современного естествознания, и в этом смысле она является, конечно, более передовой, чем народная медицина.

Таким образом, отрицание известной положительной роли китайской народной медицины есть не что иное, как сознательное искажение действительности. А корни такого отрицания лежат в усердно насаждавшемся длительное время разными идеологами реакции мнении, будто китайская культура давно и навсегда зашла в тупик, и в стремлении объективно следовать примеру чан-кайшистов, пытавшихся росчерком пера «закрыть» китайскую медицину, многими тысячелетиями развивавшуюся в стране.

Хэ Чэнь не ограничился только теоретическими выкладками. Он дошел до утверждения, что около 500 тысяч народных врачей «не стоят одного представителя европейской медицины», что в больницах и амбулаториях «ни в коем случае нельзя допускать к работе» китайских медиков.

Тем более считалось недопустимым их использование в органах государственного здравоохранения. И это утверждалось тогда, когда в стране наблюдалась острая потребность в медицинских работниках. Дипломированных врачей в то время насчитывалось только около 50 тысяч на 600 млн. населения.

Расширение и укрепление рядов врачей китайской народной медицины, направление их полезной деятельности на служение народу — является предметом особой заботы Компартии Китая, ведущей политику сплочения представителей национальной и европейской медицины.

Эту политику как раз и пытались ревизовать организаторы гонений на народных врачей. Хэ Чэнем была разработана целая система мер по «проверке их квалификации» с единой целью: лишить этих врачей возможности заниматься медицинской практикой, оказывать помощь больным.

Что дело обстояло именно так, можно судить хотя бы по тому, что из четырех разделов, по которым велась проверка, только один относился к китайской народной медицине, в то время как все остальные— к европейской. Естественно, что выдержать такой экзамен могли немногие и часто даже не те, кто обладал богатыми знаниями в области китайской народной медицины, а те, кто в той или иной мере был знаком и с европейской наукой.

Если такие, хоть и редко, но встречались в городах, то что же сказать о селах, где трудится 400 000 человек, что составляет 80 процентов всех народных врачей страны. Поэтому и получилось так, что в 68 уездах Северного Китая в результате этой пресловутой «проверки квалификации» 90 процентов проэкзаменованных было признано «не отвечающими требованиям».

Повышение квалификации врачей китайской народной медицины

Важнейшее мероприятие — повышение квалификации врачей китайской народной медицины Хэ Чэнь также приспособил к своим целям. Он предложил и начал насаждать такую систему, которая фактически означала переквалификацию слушателей устроенных им школ. Так, из числа врачей китайской народной медицины, окончивших школу в Чанчуне, почти половина «переквалифицировалась» в фельдшеров европейской медицины.

Досталось в значительной мере и китайской фармакологии. В отношении к ней была занята позиция полного игнорирования, в результате чего лекарства, которыми пользуется три четверти всего населения страны, оставались непризнанными официальными органами здравоохранения. Китайская медицина знает более 2000 видов лекарств, постоянно применяются из них 300—400, но в изданную в 1953 г. «Фармакопею КНР» не было включено почти ничего из этого богатейшего национального фонда.

На серьезность ошибок Хэ Чэня указывалось неоднократно. Подобные его взгляды много раз подвергались критике в органе ЦК Коммунистической партии Китая в газете «Женьминь жибао», в органе Министерства здравоохранения «Цзяньканьбао» («Здоровье»), в ряде научных медицинских журналов.

Однако Хэн Чень длительное время не только не изменял своих позиций, но даже сделал попытку оградить себя от критики. Он дошел до того, что стал утверждать, что работа по здравоохранению является «особой» научно-технической работой и что ЦК партии «не знает науки и техники», поэтому, дескать, не может руководить и не должен вмешиваться в здравоохранение.

Такой абсурдный взгляд, как и отрицание руководящей роли партии в стране, явился кульминационным среди всех антинародных воззрений Хэ Ченя и отразил его отход от основ марксизма-ленинизма и полную потерю элементарной политической ориентировки.

Борясь с проявлениями буржуазной идеологии в теоретических и организационных вопросах здравоохранения, Компартия Китая приняла решительные меры к тому, чтобы не только не было утрачено драгоценное наследие китайской народной медицины, но чтобы созданы были наиболее благоприятные условия для дальнейшего ее развития и научного обобщения ее опыта.

Она указала на необходимость покончить с сектантскими взглядами определенной части медицинских работников, призвала врачей — представителей европейской медицины ознакомиться с отечественным опытом национальной медицины, с ее лучшими традициями, перенимать этот опыт и совершенствовать медицинскую науку.

Курс на сплочение врачей китайской народной и европейской медицины,— являясь одной из важнейших линий политики, проводимой сейчас партией в области здравоохранения Китая,—означает, с одной стороны, восприятие и развитие наследия всего ценного в отечественной народной медицине, а с другой—изучение и усвоение всего лучшего, что есть в зарубежной науке и, прежде всего, передовых знаний и опыта.

Задача заключается в том, чтобы путем взаимного обогащения обеих медицин добиться постепенного их слияния и создания таким образом нового национального здравоохранения, новой современной медицины.

Слияние двух медицин в Китае

Сообразно с этим курсом теперь совершенно иначе строятся взаимоотношения между врачами народной китайской и европейской медицины. Знакомиться с нею и изучать ее начинает сейчас все большее количество врачей, представителей европейской медицины. Врачи же китайской народной медицины все активнее привлекаются к работе лечебных учреждений.

Существует немало больниц, где совместно трудятся представители обеих медицин. Они совместно занимаются и практической и научно-исследовательской работой в области клинической медицины.

В последние годы благодаря их тесному сотрудничеству при лечении многих тяжелых заболеваний практикуется постановка диагноза и «лечение средствами китайской медицины с участием и под наблюдением врачей-европейцев». Такая совместная работа, дает весьма хорошие результаты при лечении шистоматозов, эпидемического энцефалита «Б» и других заболеваний. Такой путь прошла медицина Китая от 19 столетия до наших дней.

 

Subscribe

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *