Охота в горах

Вечером повалил снег. Ветра не было. И снежинки опускались вертикально, как-то особенно  медленно, в полнейшей тишине. В середине ночи снег перестал. Все старые следы надежно засыпаны в снежной книге гор, и только совершенно свежие говорили о том, что в конце каждого следа где-то недалеко идет или лежит зверь. Охота в горах в такую погоду бывает наиболее удачной.

Охота в горах
Охота в горах

Ранний выезд на охоту

Рано утром егерь выехал из дома верхом на лошади, с охотничьей собакой Мушкетом. Охотник направился в верховья ущелья Бурунсай. Грамотный глаз следопыта с каждым километром перелистывал все новые и новые страницы снеж­ной книги гор.

Множеством следов-полукрестиков горные куро­патки — кеклики — напетляли в кустах на дне ущелья. По следам было видно, что птицы рылись в снегу, подскакивали, склевывая почки с кустиков дикой вишни.

Но с каждым шагом коня следы кекликов сбе­гались вместе и обратились в глубокую тропинку, убегающую вверх по ущелью. Охотник улыбнулся и подумал:

Это они меня увидали и бегут гуськом где-то близко впереди. Сейчас я их догоню!

Он за­ставил коня перейти на рысь, и сразу из кустов с шу­мом и криком взлетел табунок кекликов, метнулся к каменистой россыпи и сел там.

Кек-елик! Кек-елик!

— на все ущелье закричал кеклик-самец, вскочив на камень. Мушкет бросился было к кекликам, но свист хозяина вернул его об­ратно.

Следы горных козлов

На снегу часто встречались следы лисиц и зайцев. Но охотнику нужны были следы горных козлов — теков.

Охота в горах
Горные козлы

И он увидел их. На склоне последнего подъема к Бурунсаю шесть свежих козлиных следов протянулись к верховью ущелья. Пускать по ним собаку не было смысла — вряд ли ей удастся завернуть обратно быстроногих животных. Егерь поехал дальше, но, оглянувшись, с досадой увидел, что Мушкет умчался по следам теков. Вернуть его было уже невозможно.

Зря только, устанет собака!

— проворчал охотник и немного расстроенный, поехал дальше по левому склону ущелья Бурунсая.

Собака гонит горных козлов

До вершины оставалось еще с полкилометра, когда сзади раздался шорох — шесть горных козлов неслись мимо, а за ними гнался Мушкет. Животные так бы­стро промчались, что охотник не успел соскочить с ло­шади и снять ружье.

Огорченный неудачей, егерь смотрел вслед убегавшим и мысленно ругал себя — ведь он же знал это место перебежки теков! Хотя и редко, но были случаи, что Мушкет заворачивал их сюда с верховьев Бурунсая!

Делать было нечего, и охотник поехал вверх по щели. Показался боковой отщелок, впадающий в Бурунсай. Здесь тоже не раз пробегали горные козлы. Егерь задумал сесть здесь в засаду и ждать возвращения Мушкета.

Чтобы не мешал конь, охотник решил отвести его повыше и привязать там. Отстегнув от седла сумку с провизией и оставив ее на месте заса­ды, егерь повел коня по отщелку выше. Едва он прошел сотню метров, как послышался лай Мушкета. Охотник оглянулся и обомлел: три козла перебегали ущелье около оставленной сумки и за ни­ми Мушкет — старательный пес вернул животных и гнал на хозяина, опоздавшего укрыться в засаде.

Вторая неудача окончательно расстроила охотника. Он лег и стал ждать Мушкета. Через полчаса со­бака пришла шагом, с высунутым чуть ли не до зем­ли языком. Видно было, что она поусердствовала изо всех сил и утомилась.

— Ну, отдохни, Мушкет, ляг! Моя вина, а ты ра­ботал хорошо,

— ласково обратился к собаке охотник.

Мушкет вильнул хвостом и не лег, а упал на снег у ног хозяина.

Охота в горах продолжается

Егерь все не мог решить: возвращаться ли до­мой, раз день начался так неудачно и собака уже изрядно устала, или еще поискать теков? Впрочем, на­дежда на успех еще не пропала — ведь Мушкет пригнал трех теков, а их было шесть. Значит, три остались, и их можно попытаться завернуть, и продолжить охоту.

— Ищи, Мушкет, взять, взять!

— крикнул егерь, когда собака привела дыхание в норму.

Мушкет вскочил и сразу побежал в отщелок — он сам знал, что там еще остались теки.

Охотник залег в камнях около своей сумки, где пробежали три тека, рассчитывая, что остальных трех Мушкет прогонит здесь же.

Прошел час напряженного ожидания. Егерь так замерз, лежа на камнях, что никак не мог удержать неприятную дрожь в теле.

Вдруг шорох где-то рядом, снизу. Охотник схва­тил ружье и оглянулся — это шагом брел Мушкет: значит, он перегнал теков на полкилометра ниже, там, где был такой же отщелок в сторону. Тот переход то­же был хорошо знаком егерю. Но разве угадаешь, где засесть, раз так не везет с самого утра?! Мушкет с виноватым видом, как мешок, рухнул на снег.

Новая засада егеря

С надеждой на авось охотник стал спускаться в ущелье. Мушкет потащился сзади с опущенной голо­вой и хвостом. Но как только егерь повернул к скалам, Мушкет оживился и побежал вперед. Это еще больше ободрило охотника — собака указывала, где остались козлы.

Егерь засел на стыке двух отщелков, около гребня ущелья.

Прошло больше часа. Солнце перевалило далеко за полдень, когда показался Мушкет. Он шел по сле­ду хозяина к его засаде. По его виду было понятно, что он опять гонял козлов, но где? Ответить собака, конечно, не могла, и единственно, что нужно было сделать,— это ехать домой.

Егерь встал и пошел к лошади. За поворотом ущелья он увидел свежие следы трех теков и собаки. Это Мушкет прогнал животных с отстойников на скалах мимо сумки с провизией, опять в  ту же щель, где они были утром.

Вот незадача-то сегодня! Но ведь их можно опять вернуть.

— Возьми, Мушкет!

— крикнул егерь.

Собака понеслась в отщелок, нюхая следы. А сам охотник вернулся вверх к гребню и засел там.

Ждать пришлось долго. Солнце стало опускаться за горы, надвинулся вечер.

Наконец показался Мушкет. Он стоял метрах в трехстах и через глубокую щель смотрел на отстой­ник. Значит, он опять загнал туда теков. Но спускать­ся далеко вниз у него уже не было сил.

Постояв, Мушкет повернулся и по гребню прибе­жал к хозяину, оживленный и сильно уставший: язык висит, чуть не касаясь земли. Умный пес не ложится, нетерпеливо повизгивает и смотрит на отстойник сверху.

Собака спугнула теков

Солнце начало скрываться за горы. Отдыхать бы­ло некогда, и егерь скомандовал:

— Возьми!

— показывая рукой ниже отстойников.

Мушкет бросился вниз по отщелку. Егерь пере­бежал по гребню и залег в камнях выше отстойников.

Прошло всего минут пятнадцать, и внизу раздался лай — это Мушкет спугивал теков с уступов скал. И сразу внизу показался козел.

Охота на козлов
Охота на козлов

Он прыгал со скалы на скалу, поднимаясь на гребень прямо к охотнику. Крупный козел с каждой минутой приближался к за­саде. Охотник замер в камнях. Вот животное уже рядом, но бежит по самому краешку пропасти — уби­тый или даже раненый козел упадет туда, и вытащить его будет невозможно. Егерь прицелился, но ждал, чтобы тек пробежал это место.

Выстрел в горного козла

В это время козел заметил охотника и резко крик­нул. Огромными прыжками он бросился в боковой отщелок. Ждать больше было нельзя, еще секунда-другая — и он скроется. Грянул выстрел! Животное споткнулось, но справилось и прыгнуло на уступ над пропастью, оглядываясь по сторонам. После второго выстрела козел с грохотом и шумом сбитых камней полетел в пропасть.

Начинало темнеть. Егерь решил спуститься к своей добыче и сбросить ее возможно дальше вниз, куда можно было бы подъехать утром на лошади. След от упавшей туши протянулся вниз по засне­женному отвесному склону.

Опасный спуск

Цепляясь за кусты и выступы скал, охотник на­чал опасный спуск: чем дальше, тем круче. Один не­верный шаг — и можно полететь в пропасть. С боль­шим трудом удавалось спускаться охотнику, и нако­нец он заметил козла, который застрял на выступе скалы.

Егерь взглянул вверх — выступ недалеко, метров сто. Но втащить туда тушу нечего было и думать. Удастся ли ему самому подняться обратно? Остава­ясь одно — сбросить тушу еще ниже, чтобы она ска­тилась до дна, где к ней можно будет подъехать на лошади. Так он и сделал. Туша с шумом полетела вниз.

Вечерние сумерки скрыли ее, и только было слышно, как  она шуршала по снегу крутого склона, а потом далеко внизу загрохотала камнями по осыпи. Шум стих внизу, на дне отщелка.

С исцарапанными руками, мокрый, с трясущимися ногами, егерь выбрался наверх в полной темноте. Он сел на камень отдохнуть, думая о том, что застав­ляло его идти на риск и такой труд. Какое безумие! Эти мысли раскаяния возникали не в первый раз в минуты упадка сил, но его неукротимый охотничий азарт был неиссякаем, как у Мушкета: на следующей же охоте все это может повториться снова.

Лошадь встретила хозяина радостным ржанием. Мушкет уже давно лежал здесь же, повернувшись спиной к ветру. Он вскочил и завилял хвостом.

Предстояло спуститься по ущелью до конца, пере­ехать до начала следующего ущелья и по нему дале­ко подниматься к самому верху, где в отщелке лежало убитое животное. Это заняло бы не меньше двух ча­сов днем, а ночью еще больше. Но рядом с лошадью вниз в темноту ночи уходил отщелок на дно ущелья, где лежал тек. Егерь решил попробовать спустить лошадь по дну ущелья.

Сначала спуск был пологий, но чем ниже, тем ста­новился круче. Начались скалистые уступы, вокруг них с трудом приходилось обводить стороной лошадь. Больше половины спуска осталось позади, когда из темноты возникли и преградили дорогу глубокие ус­тупы скал. Только один уступ показался небольшим. Если лошадь спрыгнет с него — дальше чернела осыпь, а там и конец спуска.

Егерь потянул за повод коня вниз с уступа. Но он заупрямился и не хотел соскакивать. Охотник повис на поводе и сдернул коня с уступа — он прыг­нул, но едва удержался на площадке, присев на задние ноги. Охотник шагнул на осыпь — его нога так и поплыла вниз: осыпь была из слишком мелких камней, едва державшихся на крутом склоне. Нечего было и думать спускать по ней лошадь.

Только теперь охотник понял свою ошибку: лошадь едва держалась на площадке узкого карниза, прижавшись боком к уступу скалы. Повернуться назад она не могла, да и не запрыгнуть ей обратно на верх уступа. Единствен­ный выход — это спускаться дальше.

Охотник оставил лошадь, уложил перед ней Муш­кета, а сам заскользил по осыпи искать спуск. Метров через пятьдесят осыпь вошла в коридор между отвес­ных скал, а за ней чернел обрыв на десятки метров.

Лошадь в ловушке

Егерь прислонился спиной к скале, снял шапку и обтер мокрый лоб. Что он наделал? Один в горах, ночью. Помощи ждать неоткуда. Лошадь в ловушке. Долго он не удержится на узком карнизе и шагнет на осыпь, а тогда его понесет в обрыв. Ведь это будет уже третья лошадь, которая погибнет в горах на его глазах. Какой позор для старого охотника!

Сверху из темноты долетел стук камней и звон подков. Егерь прижался к скале — сейчас по осы­пи мимо него скатится в обрыв лошадь. Но вверху было тихо. Что случилось? Охотник бросился вверх по осыпи.

Удачное окончание охоты в горах

В темноте на фоне неба на верху уступа чернел силуэт коня. Каким-то образом он сумел повернуться и вспрыгнуть на уступ. Это было так неве­роятно, что охотник стоял и не верил собственным глазам.

После утомительного подъема егерь вывел ко­ня наверх и поехал домой. Утром он съездил и привез козла. Эта охота в горах на­долго запомнилась опытному охотнику.

 

 

 

 

Получать интересное на почту

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *